Как побеждать в Монте-Карло

– Илья, это же гламурненько – проехать ралли Монте-Карло?

– Да, без сомнения! Вначале из заданного города доезжаете до Монте-Карло часов за 20, не выходя из-за руля, а потом еще 4 дня подряд образцово по 8-10 часов ездите по узким альпийским обледенелым дорожкам, наматывая километров по 600. Но перед этим не позабудьте купить правильный исторический автомобиль (20-100 тыс. евро – как повезет), грамотно его подготовить (50 000 евро) и образцово еще с 30 000 евро можно двинуться в Монте-Карло.

– А что можно завоевать?

– Красивую конфетницу.

– Шикарно! Не зря столько денежек и усилий!

– Да. Нагрузки серьезные и на машину, и на пилота, и на штурмана. Всегда недосыпание, перенапряжение, стресс, а учитывая груду поворотов, некоторых еще и укачивает. Однажды мы проехали примерно километр, поняли, что не туда, развернулись, пытались нагнать и ехали очень быстро, и штурману стало плохо. Мне пришлось на спецучастке остановиться и его откачивать. Конечно, здоровье было значительнее, чем результат. Понятно, что мы слили всю гонку из-за этого. Всякое бывает, что ж поделаешь.

– Кайфово! Но судя по регулярности участия, ты на это подсел. Как это случилось?

– История нашего участия в ралли Монте-Карло завязалась в далеком 2005 году, когда я услышал, что можно поучаствовать в ралли «Снег и лед» во Франции, проводившимся знаменитой четой Занироли. В свое пора они организовывали «Дакар» и ралли «Принцесс» и «Марокко».

К тому времени у меня уже была классическая машина, и я участвовал в различных Р3K – ралли третьей категории. Сделалось интересно, а как там – за рубежом. Мы с товарищем сбросились и поехали в команде у знаменитого Эрика Кома, гонщика «Формулы-1», какой сдавал в аренду четыре машины Renault Alpine 110. Кроме модных в то время банкиров с нами ехал сам Анри Пескароло, 4-кратный победитель гонки «24 часа в Ле-Мане». Мы бывальщины в соседних машинах, сидели за одним столом, и это было очень волнительно и приятно. Я тогда сказал Эрику: «Готов приобрести у тебя Renault Alpine, а ты будешь ее содержать и привозить на соревнования, куда я буду прилетать для участия». Он огласил 130 тысяч евро за машину и 90 тысяч в год на содержание.

– Французский подход.

– Это бизнес. Но тогда для меня – неподъемная сумма. А в 2009 году я зачислил решение создать команду, как у Эрика, только лучше. Представил – вот приду к тебе и скажу: «Саш, поехали на ралли». – «На какое ралли, куда?» – «Во Францию». Ты задумаешься: «Надо же где-то машину взять, где-то ее обслуживать, некто должен ее вести, кто-то должен заниматься всеми административными вопросами, проверками, документами, размещением в отелях, технической поддержкой». И ты засомневаешься: «Да зачем мне это все нужно?»

– И в результате никуда бы не поехал.

– А чтобы поехал, должно быть так: «Саш, поехали на ралли», а ты, не раздумывая: «Когда и куда прилететь?» Потому что все прочее мы берем на себя. Чтобы проект был рентабельным, нужно делать команду хотя бы из трех машин, чтобы пункты на двух машинах продавать, а на третьей ехать самому.

– Почему выбор пал на «Ягуар»?

– Сразу было четко, что мы будем участвовать в ралли Монте-Карло. Про него все слышали, но никто из России туда 50 лет не приезжал. А там к участию допускаются лишь те модели, которые гонялись тогда, когда эти ралли еще не стали историческими. Получается, что на данный момент машине надлежит быть не менее 40 лет. Раньше были и классы по годам, и категории в классах по объему двигателя. Но сейчас зачет только по годам.

Итак, почему я выбрал Jaguar E-Type? Во-первых, это красиво! Еще Энцо Феррари в свое пора говорил, что «“Ягуар” – это самый красивый автомобиль в мире». Во-вторых, у него хорошее спортивное вчера и он поучаствовал в ралли Монте-Карло. В-третьих, на него можно найти запчасти.

Ну и русские понты здесь тоже сработали, потому что нашему человеку произнеси: поехали на «Пежо», «Рено» или «Копейке», что он скорее всего ответит? И есть еще много действительно скорых машин, которые принимали участие. Но нашему человеку непонятно, что такое Alpine, он никогда ее не видел.

Потому мы остановили свой выбор на «Ягуарах» и купили три автомобиля E-Type – 1967, 1968 и 1971 годов. Встал еще проблема, какой цвет выбрать. Классический английский зеленый мне показался очень пасмурным. Мы не англичане, нам нужно поослепительнее. И полистав журналы, решили, что самый правильный цвет – красный. Отлично виден и на снегу, и на солнце, и в мгле, и в дождь.

А учитывая все сложности пересечений границ и то, что мы нацеливались на мероприятия, которые проходили в Европе, своей базой, пунктом приписки выбрали Латвию, Ригу, где у нас к тому же были дружественные отношения с профессионалами в автомобильном деле.

И в 2011 году мы с помпой на трех различных «Ягуарах» приехали в Монте-Карло. Это было сотое ралли Монте-Карло.

– Первый блин удался?

– Вполне! Желая мы тогда многого не знали, не понимали, как все устроено, заявки нам одобрили. И мы даже не сообразили, что стартовать лучше не из Варшавы, потому что ехать в историческом спортивном автомашине 2200 километров до Монако будет очень напряжно, а, например, из Реймса – 900 км. Но мы же были молоды, нас все интересовало, мы жаждали приключений!

– То кушать ралли начинается в разных точках, и все стартуют синхронно?

– Да, рассчитано, что стартующие из Реймса, Глазго, Барселоны, Милана, Турина, Бад-Хомбурга, Варшавы образцово в одно и то же время должны приехать в одну точку, в Монако.

Мы ехали 37 часов 2200 километров утилитарны без сна и отдыха. Приехали без задних ног, уставшие, умученные, дошли до отеля, упали и проснулись только по будильнику, потому что на вытекающий день надо было стартовать, чтобы проехать 5 спецучастков. И так еще три дня подряд. Задача – поддержание заданной посредственнее скорости. Пенальтизируется как отставание, так и опережение. Спецучастки разные, от 15 километров до 50. Но следуют не один за иным, до каждого еще нужно добраться. При этом у тебя в машине стоит прибор, трекер, который контролирует скорость, местопребывание, и за превышение скорости или другие нарушения правил дорожного движения организаторы тебя пенальтизируют. Даже если ты едешь неплохо, но, получив 500-600 штрафных очков, сразу же скатываешься в конец пелетона.

– Значит, когда ты едешь по шоссе, где ограничение 110, ускориться до 150 не можешь?

– Не можешь. Подвигаться приходится по небольшим дорогам, на автобан выезжаем, когда около Ниццы спускаемся с гор и едем всего километров 20.

– Любую секунду нужно ехать с заданной скоростью или нужно добиться средней на участке?

– Ты не знаешь, где будут контролировать твою скорость, правильнее, твое местонахождение. Когда-то стояли машины организаторов в укромных местах и засекали время проезжающих, а сейчас все делается через GPS, автоматически, до 15 раз на каждом спецучастке. Засечка может произойти через сто метров после шпильки. Кто меньше соберет штрафных очков, тот и на коне. Потому ты всегда должен находиться в идеальном графике той скорости, которая задана. Сейчас мы дошли до того, что можем ехать с точностью 0,2 секунды – 0,1 минус, 0,1 плюс.

А у штурмана еще задача привезти тебя неизменной дорогой, не заблудиться, потому что там очень много дорожек, а еще нужно рассчитать нужную скорость.

– А у штурмана кушать «легенда»?

– «Легенда» – вообще отдельная песня ралли Монте-Карло. Выдают тоненькую книжечку формата А5, где отмечены только те точки, где ты должен быть. Как ты туда приедешь, одному Богу известно. Но есть предприимчивые участники – норвеги, датчане и французы, какие, зная маршруты, делают подробные «легенды», как в обычных ралли, и их продают.

– По штуке евро?

– Примерно, да. И кроме этого мы взяли с собой штурманскую бригаду агентов, которые шли впереди, отслеживали состояние спецучастков и присылали штурману подсказки: где снег, где лед, где надо поаккуратней. Первоначальный год, когда мы приехали, было очень скользко, а на некоторых дорогах было просто страшно, потому что под колесами лед, справа утес, а слева ничем не огороженный обрыв.

Тем не менее мы все доехали невредимыми, финишировали, а на последний спецучасток на финиш приходил принц Альберт, жал длань каждому и говорил: «Добро пожаловать в Монако». Было очень здорово.

– Такой соревновательный формат, когда ты должен ехать вечно с одной и той же скоростью, по сути, работать круиз-контролером, это интересно?

– Когда ты едешь по ровной и прямой дороге, то да, не захватывает. Когда начинаются шпильки, спуски, подъемы, завороты, тогда становится совсем нескучно, а если добавляются лед и снег, то все строго выдержать просто нереально – вне подневольности от машины и от мастерства пилота. Когда ты уже опаздываешь, штурман тебе диктует: минус столько-то отставание, или плюс. А после 30 секунд непопадания в график штурман попросту замолкает, чтобы не вносить лишнюю нервозность – ясно, что нужно ехать на максимуме.

Это только кажется, что все попросту. Мы как-то путешествовали с друзьями по Франции и выехали случайно на один из раллийных участков. И я говорю: «Парни, желаете проехать по спецучастку, где мы едем на старых машинах?» Парни – на современных «Феррари» и «Порше». «Да не вопрос! С какой скоростью?» – «48,8 километра в час». Они поулыбались. Проехали 15 километров и стали – все сказали: «Это невозможно».

– Аварии случаются?

– Да, бывало, что машины оставляли лежать в пропасти, потому что дороже их доставать. Об этих историях не весьма принято говорить. Особенно 2012 год показал всю максимальную непростоту этого занятия: было нереально немало снега, и из 360 машин, которые стартовали, до финиша доехало 240, остальные 120 сошли. А из доехавших лишь у 12 не было повреждений. Один из них – наш красный «Ягуар»: разбит только один фонарик поворотника, стекло. А все прочие машины – побитые, помятые, покореженные.

Тогда, в 2012 году, мы первый раз выиграли ралли Монте-Карло в своем классе. Круто до невозможности, тем немало что никто такого не ожидал.

– А второй?

– Второй раз выиграли в группе, кажется, в 2016 году – 17-е пункт в абсолюте и первое в классе. Ну и вот сейчас третий раз – 6-е место в абсолюте и первое в классе.

– Но сейчас вы ехали на «Гольфе». Отчего?

– Да. Семь ралли мы проехали на «Ягуаре» и два выиграли. E-Type едет очень хорошо по снегу, несмотря на то что морда тяжелая. Но так как водитель и штурман сидят утилитарны на задней оси, то получается идеальная развесовка. Он заднеприводный, и надо понимать, как управлять заднеприводной машиной. Но он очень послушливый, хорошо идет за газом, управляем в заносе. Его, где нужно, можно выставлять на большой угол скольжения.

Мы умудрялись обгонять такие махонькие и юркие машины, как «Рено 5» на снежной трассе, и они нам аплодировали, потом подходили: «Вы такие молодцы, как вы так можете ехать?»

А после мне стало скучно и захотелось поехать в классе, где машины помоложе, их больше и конкуренция выше. Когда выигрываешь в группе из ста машин, кушать повод считать себя нормальным парнем.

– А у «Ягуара» сколько конкурентов было?

– Около 60-ти. Но я все же купил «Гольф 1» 1977 года с индексом GТI, с двигателем 1.6, и сейчас он идеально отстроен для гонок. Он пять управляемый для этих задач: передний привод, блокировка, развесовка, максимально все смещено вперед, зад легкий. Машина скоплена из топовых комплектующих моей командой, и она очень надежная.

– И как «Гольф» себя показал?

– В этом году был итого лишь один снежный спецучасток, а нам очень нужны спецучастки снежные, потому что мы умеем по ним ездить, отыгрываем весьма много очков. В этом году очень плотная шла борьба, просто для понимания – между нами и первым пунктом в абсолюте только 41 секунда после 3000 километров гонки, всего 410 очков. В этих 40 секундах 6 машин – мы шестые. Попросту для понимания уровня конкуренции. У кого-то было 40 000 штрафных очков, у нас 1600, у победителя 1200.

Наш выбор для этого года вышел идеальным. На снежном спецучастке мы даже смогли дать себе фору в одну минуту перед стартом, чтобы в кого-то не упереться. Это такая тактика: когда сложные допы, постараться желая бы еще одну минутку взять, чтоб перед тобой никого не было, никто не сломался, не застрял, и ты не нагнал его. Потому что многие едут медленнее, опаздывают, а так как дорога снежная, ледяная, им съехать некуда, чтобы проглядеть нас, и обгонять приходится по целине. Рискуешь, выбираешь траекторию, и там уже смотришь, повезет – не повезет, будет камень – не будет камня – все ж под снегом, ничего не видать.

– А Костырко – твой постоянный штурман?

– В Монте-Карло со мною третий раз. Ему тоже нравится, у него получается. У Бориса нормально с вестибулярным аппаратом, но тем не немного всякие моменты бывают. Штурману все равно тяжелее, потому что он же не держится за руль, зачастую смотрит в «предание», а не на дорогу, и не всегда понимает, что там происходит. Поэтому штурман прежде всего должен доверять пилоту.

– Как пришагала победа?

– В последний день было шесть спецучастков. Последние два – «ночь длинных ножей». Это серпантин: 16 километров наверх, шпильки через каждые 200-300 метров, количество поворотов неимоверное. Машины стартуют в тьме через каждые 30 секунд друг за другом, все с мощными «люстрами». И когда смотришь снизу, неплохо видно, как длинные тонкие лучи фар от разных машин разрезают темноту и перекрещиваются – будто битва на мечах получается.

Мы уезжали на этот доп вторыми в нашем классе. Едем, как можем, финишируем и видим в системе онлайн только результаты предпоследнего участка. Приезжаем в Монако, уже финишировали, стоим, пьем шампанское, блаженствуем, болтаем с друзьями. И вдруг подходит гоночная пара и начинает нас поздравлять: «Мы тот экипаж, с которым вы боролись за первое пункт, но вы у нас выиграли на последних двух спецучастках». Пришлось напоить их шампанским.

– В этом году в ралли было девять российских экипажей. Вы контактируете или любой за себя?

– Я дружу со всеми. Нам делить нечего, мы все общаемся, а мои механики, если кто-то из русских с чем-то адресуется, всегда помогут, это моя к ним установка. Я всегда за дружбу. Для меня это джентльменские драйверские гонки. Не жесткий спорт, итого лишь фан. Если получается еще и выигрывать по фану, то и здорово.

Оставить комментарий

Ваш адрес email не будет опубликован.

Яндекс.Метрика