Ярославль, Плес, Кострома на DFM AX7: Пуститься в плес

29 Марта 2018, 16:48

«…Мы, великий государь, царь и великий князь Михаил Фёдорович всея Руси, в прошедшем году были на Костроме…» – стоило мне однажды прочитать эти строки жалованной грамоты первого из Романовых зятю крестьянина Ивана, как мне занялось – хочу в Кострому!

Общая протяженность маршрута

Москва – Ярославль – Плес – Кострома – Москва

Мне захотелось взглянуть на монумент Ленину на царском постаменте, проехать там, где «…он, Иван, терпя от тех польских и литовских людей немерные пытки, про нас, великого государя, где мы в те поры бывальщины, не сказал, и польские и литовские люди замучили его до смерти…»

Попутный вихрь

Для вояжа, скажем, в Австрийские Альпы можно выбирать нечто столь же сногсшибательно дорогостоящее и престижное. А вот, отправляясь в сусанинские дебри, лучше остановиться на чем-то немало демократичном. И мы нашли такую машину – DFM AX7. Вместительный, комфортабельный, с большим багажником немало чем на полкуба китайский кроссовер отличается богатым оснащением и завидным комплектом систем безопасности. При среднем расходе топлива 8,7 л/100 км его 61-литрового бака хватает аж на 700 верст, при этом двигатель безболезненно переваривает 92-й бензин. И то, и иное, согласитесь, обстоятельства, немаловажные в русской глубинке, где АЗС с качественным топливом встречаются отнюдь не на любом шагу.

Поначалу я опасалась, что 2-литрового мотора может оказаться недостаточно для отрезка пути, когда М8 сужается до двух полос и мест для обгона выпадает крайне немного. Но практика показала, что 140 сил вкупе с 200 Нм момента достаточно для скорого разгона. Четкая работа 6-ступенчатой АКП и система динамической регулировки тяги тому весьма содействуют.

Некоторые сомнения вызывал передний привод АХ7 – зимой хотелось бы целого. Но, как выяснилось, хорошей геометрической проходимости и честного клиренса в 190 мм вполне довольно для преодоления нескольких метров снежной целины и парковки в сугробе. Основное, что в сложных ситуациях, когда приходится выбираться из снежного плена и необходимо раскручивать колеса, электроника не душит мотор. В общем, автомобиль, наименование бренда которого переводится как «Восточный ветер», оказался идеальным попутчиком в путешествии.

Там, где был медвежий угол

За каждым поворотом дороги нас ожидал новоиспеченный захватывающий вид, фотограф то и дело цокал языком от восторга: деревья, кущи которых превратились в изящное кружево, брильянтовые переливы снега на солнце и кубовые тени… Мимо нас словно проплывали ожившие полотна русских искусников пейзажа – Шишкина, Грабаря, Юона, Пластова и, конечно же, Левитана. Да, ведь он жил где-то там, неподалеку от Костромы. И мы разом же решили заехать в левитановский Плес. Но резко перемещаться из бурлящий Москвы в негромкий уголок, где великий художник написал «Над вечным покоем», вечно торопящимся горожанам опасно для психического здоровья. Вот почему нам так помог адаптироваться к размеренной существования степенный Ярославль.

Всех, кто едет с юга, город встречает могучим нефтеперерабатывающим заводом – он тянется вдоль шоссе километрами сверкающих труб и огнедышащих факелов: ведай наших! А на центральной площади словно староста с хлебом-солью приветствует путешественников основатель города – тот самый, с тысячной купюры. Здешние бронзового Ярослава не жалуют, называя «мужик с тортом». От него можно подвигаться в любую сторону – достопримечательности в древнейшем русском городе, который советская воля, как ни старалась, так и не смогла изничтожить, в буквальном смысле встречаются на каждом шагу.

А можно вообще никуда не ходить. Со звонницы Спасо-Преображенского монастыря открывается тяни город – до Знаменской башни и первого русского театра, основанного в 1750 году. И все же лучше прогуляться по Первомайскому бульвару, проложенному на пункте крепостного вала, до Волжской набережной и знаменитой Стрелки – места слияния Волги и Которосли, полюбоваться на десяток храмов и просто на старинную архитектуру красивого города. Зайти в музеи – их тут припасено на любой вкус: художественный, исторический, древнерусского искусства и даже «Мой излюбленный мишка».

Но уезжать из Ярославля нельзя, не посетив еще одну «денежную» достопримечательность – святилище Иоанна Предтечи XVII века, что на правом берегу Которосли. Изображение потрясающей 15-главой храмы тоже можно обнаружить на тысячной купюре. Но лучше заглянуть вовнутрь, чтобы полюбоваться на стены, украшенные полутора тысячами фресок.

Государыня

А вот и она! Кострома – город, обласканный государями, ведь именно отсюда, из Ипатьевского монастыря, уехал в столицу на царство Михаил Федорович. В 70 верстах к норду будущий великий государь прятался от польских и литовских людей в селе Домнино, вотчине своей маме инокини Марфы. А старостой в Домнино был крепостной князей Шестовых Иван Сусанин.

Впрочем… «Страдание Сусанина кушать происшествие, само по себе очень обыкновенное в то время», – строчил скептически настроенный к легенде о «жизни за царя» историк Николай Костомаров. Так или по-иному, эпоха Романовых началась именно отсюда, и сто с лишним лет назад Кострома почиталась образцом благополучия России, оттого и получила прозвище «Государыня». Бесчисленные пожары, неоднократно менявшие облик города, не смогли изменить его барской степенности – деревянные дома меняли на каменные, а напоминанием о бедствиях осталась лишь 35-метровая каланча на центральной – разумеется, Сусанинской – площади.

Ранее она называлась Екатеринославской, а потом площадью Революции. Советская власть постаралась истребить все мемуары о царях. Получилось не совсем: взять хотя бы памятник Ленину на холме у берега рядышком с кремлем. Ведь основание памятника вождю революции заложено царем: на этом пункте возводили скульптурный комплекс к 300-летию Романовых.

Но на то Кострома и Государыня, что не поддается тонким напастям. Весь центр города со всеми его историческими постройками, купеческими домами, гостиным двором, торговыми линиями, присутственными местами сейчас в идеальном состоянии. Прогуливаясь по этим улицам, будто попадаешь на двести-триста лет назад. А еще никакие перипетии не повлияли на обитателей города – они такие же радушные хозяева, как два и три века назад.

Обретая покой

После Костромы Плес покажется даже не городком, а лишь вящим селом, раскинувшимся среди березовых рощ на крутом берегу Волги. Заповедником в привычном резоне слова его назвать сложно, уж очень много дач выросло на холмах за заключительные годы. Но вот центр, Соборная гора, Успенский собор сохранились непочатыми. Здесь будто остановилось время: кажется, вот-вот из-за заворота навстречу выйдет худой и бледный Исаак Левитан. В конце XIX столетия он жил здесь три года и писал бессмертные шедевры хозяевам трактиров – за еду.

«Там царь Кощей над златом…»

Можно смотреть достопримечательности Ярославля, Иваново, Переславля-Залесского, Костромы, расположившись в городской отелю. Но мы выбрали вариант куда более романтичный, обосновавшись в нескольких километрах от Костромы. Баня и бассейн, по-домашнему лакомый ужин, теплый, уютный номер – идеальное сочетание для автопутешественника предлагает разместившийся на берегу Волги санаторий «Серебряный Плес». Доехать в это замечательное пункт нужно еще и ради самой дороги. Почти раллийная трасса обнаруживает потрясающие виды днем, а вечером нависающие над дорогой туманы выносят вас в настоящую сказку: «Тут ступа с Бабою-ягой идет, бредет сама собой…» Уместно, бабусина штаб-квартира на курьих ножках разместилась совсем недалеко отсюда, в Ярославской районы. Утром от этих страхов не остается и следа, и постояльцы начинают заниматься своими делами. Дамы в году отправляются в оздоровительный комплекс, а молодые – в спа-зону, семьи с детьми – на фитнес или в игровую, ну а те, кто предпочитает деятельный образ жизни, встают на лыжи и коньки, катаются на санках и «ватрушках» с крутой горы ровно к берегу Волги. Еще один довод в пользу «Серебряного Плеса» – ценовая политика: сутки с трехразовым столом и бассейном стоят от 1850 руб. Есть стандартные номера, студии, люкс, таунхаусы и коттеджи для вящих компаний.

Рассказать о себе может в Плесе едва не каждый дом: на одном висит табличка, у иного расположилась скульптура, в третьем магазинчик, радушные хозяева которого расскажут историю чего угодно. Но самые ослепительные – это истории рыбаков, ведь плесский копченый лещ по праву считается символом города. Вдыхаешь его бесподобный благоухание, смотришь на коричневую чешую с радужными прожилками, на скованную льдом Волгу и начинаешь соображать значение слова «плес» – «глубоководный широкий участок реки с тихим течением, свободный от подводных опасностей». Медленный, покойный – он такой и кушать, этот фантастически прекрасный уголок России. Говорят, в свое пора сюда не дошла железная дорога, ибо местным купцам было бездоходно ее появление – Волга давала все что нужно, и они раскошелились, чтобы сохранить престарелый уклад. Он и сохранился.

Оставить комментарий

Ваш e-mail не будет опубликован. Обязательные поля помечены *

Яндекс.Метрика